Get Adobe Flash player

МОИ БЕСЕДЫ И ИНТЕРВЬЮ:

ЧИТАТЬ...

 


 

КНИГА "ЗАТАИВ ДЫХАНИЕ"

ЧИТАТЬ...

 


 

РАДИОСПЕКТАКЛИ:

СЛУШАТЬ...

 


 

МОИ ПАРТНЕРЫ:

 

 

Жизнь в искусстве

 

“Самая неудачная роль за все годы, которую так неожиданно мне преподнесла жизнь -это роль тихого пенсионера. Во- первых, это не мое амплуа, во -вторых, я не готов еще на роль старца”- говорит о себе заслуженный деятель искусств, народный артист, член союза кинематографистов и союза театральных деятелей Эстонии Калью Кийск.

 

Я ведь сам парень из провинции, местечка Тойла. В то далекое время этот маленький город был очень знаменитым в самодеятельном искусстве. Самый первый, если можно так сказать, народный театр возник в специально построенном Доме культуре и моя мама в юности там играла. В начальную школу я пошел в Йыхви, потом окончил Ракверскую гимназию. Ой, как давно это было, середина прошлого века, 1946 год.  По совету отца пошел изучать горное дело в Таллинский политехнический институт и как-то, читая газету, увидел обьявление, что тетральный институт обьявляет дополнительный конкурс юношей. Как будто, неведомая сила меня, студента технического вуза, повлекла на новые испытания. Почти полгода одновременно учился  в двух вузах, пока профессор математик  не раскрыл мою тайну. Оказывается, он дружил с моим педагогом по мастерству Прийтом Пылдросом и тот в беседе похвастался способным студентом Калью Кийском. Пришлось сделать выбор, и как вы понимаете, не в пользу горного дела. Вот и думаю, что пострадало больше от моего тогдашнего решения горная промышленность или искусство, которому служу больше полувека.

 

Были ли на протяжении этих лет сожаления о избранном пути?

 

Скажу откровенно, никогда. На этом пути  было много побед, не миновали, конечно, и поражения, но я благодарен судьбе за то, что моя жизнь связана с искусством. С годами стал мудрее и более критично относиться к себе, к своей прошлой и нынешней работе. На свои  ленты сегодня смотрю достаточно сурово.

 

Как случилось, что эстонский парень стал студентом Московского вуза?

Соблазнил меня таким предложением Яанус Оргулас, да я и сам много слышал об этом вузе. ГИТИС(институт театрального искусства) был известен далеко за пределами страны, в нем были собраны лучшие театральные педагоги, профессора, по книгам которых учились студенты в актерских мастерских многих стран мира. И так, в 1949 году, спустя три месяца после начала занятий, опять же дополнительным набором, Яанус Оргулас, Григорий Кромонов, Арво Круусемент и я  прибыли в Москву. Кроме Кроманова никто из нас не знал русского языка, но была молодость и большое желание учиться, а это, поверьте, уже много. Среди наших мастеров были  “великие старики” Художественного театра (МХАТ) Илья Судаков, Александр Андерс и др.

 

Как приняли вас тогда русские студенты?

 

Очень гостеприимно, никаких конфликтов не было, что, мол прибыла “чухна.” Поддерживали, помогали, была чудесная атмосфера дружелюбия, ведь кроме нас, эстонцев, учились и ребята с других республик, которые стали потом товарищами на всю жизнь.

На каком языке вы делали учебные работы?

 

На эстонском, конечно, ведь нас готовили для эстонского театра, представляете сколько труда и терпения должны были иметь  педагоги...Как оказалось, все это не зря. В 1953 году наш курс вовратился в Таллинн и составил молодой костяк эстонской драмы. Вот уже полвека выпускники ГИТИСА ведущие актеры и режиссеры Эстонии. Как-то, один молодой человек с которым я был знаком по таллинскому театральному институту Кулно Сювалепп предложил поставить с ним пьесу Оскара Лутца “Весна” и дать возможность играть там приехавшим из Москвы выпускникам. Таким образом, я получил первую постановку в своей жизни, и это стало новым поворотом в моей судьбе. А вскоре меня вызвали на Таллиннфильм и попросили помочь московским режиссерам в работе над картиной с эстонскими актерами.  Мне было чрезвычайно интересно познавать новую профессию в кино, такую отличную от театра. Но я все же не хотел быть дилетантом и попросил меня направить постигать искусство кинематографиста на Ленфильм. Там я освоил всю техничесую сторону кино, монтаж, звук, свет, операторское дело. И в дальнейшем я не раз приезжал на Ленфильм, смотрел, учился у больших мастеров, которые в то время работали на студии. Первый самостоятельный фильм назывался “Ледоход” и его успех, главный приз на фестивале в России меня окрылил. А главное, молодому режиссеру доверили и согласились играть такие актеры, как Каарел Карм, Антс Эскола - а это большого стоит.

 

Я знаю, что у вас были  картины так и не вышедшие на большой экран, пролежавшие “на полках” много лет?

 

Следующий после “Ледохода” был фильм “Следы,” который я даже успел свозить в Италию. Он о том, как организовывали колхозы. Самой сильной получилась сцена расставания с животными, когда их забирали в колхозы, плакали не только на экране хозяева коров, свиней, коз, но и зрители в зале. Вообщем, меня обвинили в том, что в картине мы, якобы, смеемся над властью. Милиционер, которого играл колоритнейший актер Рудольф Нууде получился вроде бы не солидным, а каким-то смешным долдоном, да и парторг не обладал серьезным “советским” лицом. Ну а второй, который закрыли на много лет- это фильм “Безумие.”  Ах, какой замечательный актерский ансамбль собрался там! Вольдемар Пансо, Юри Ярвет, литовские популярные актеры кино и театра Бабкаускас, Бледис, даже великий Мильтинис согласился сняться в роли безумного художника. Повез я картину на прием в Москву, пришло очень много народу, критиков, режиссеров. Слух о скандальной картине эстонца, видимо, быстро распространился.

Но после окончания сеанса чиновник из комитета по кинематографии обьявил, что обсуждения не будет, меня же вызвал для разговора.

Приговор был жестоким - картина в прокат не пойдет. А в отделе по культуре в ЦК партии прямо сказали, мол Кийск считает нас дураками, а мы понимаем, что речь в фильме идет о советских “оккупационных” войсках и т.д. До 1990 года оба эти фильма пролежали на полках и я не имел права на них, не мог нигде показывать свои работы. Первыми “Безумие” посмотрели жители Армении, Грузии, Азербайджана. Впоследствии фильм увидели в Англии, Франции, даже в Аргентине, где я был две недели по приглашению. Прием был потрясающим, но как мне жаль, что это так поздно и обидно, что я не мог уже участвовать в фестивалях. Мне рассказывали, что в 70-годы самые престижные конкурсы заказывали мою картину.

 

 

После такого несправедливого отношения к вашей работе руки не опустились?

 

Наверно, на это и был расчет, чтобы я раз и навсегда забыл о своей работе. Всегда считал себя сильным, трудно было выбить меня из седла, однако я очень тяжело пережил то время, ведь за мной стояли люди, я нес ответственность за их судьбы. “Что, Калью делать, как жить, как работать?” -такие вопросы постоянно вертелись у меня в голове. И тогда, я, видимо, поднял руки, сдался. Сегодня я именно так расцениваю шаг, который сделал в дальнейшем...                                     Мой следующий фильм “Красный скрипач” действительно получился плохим. Каждый кадр меня контролировал слабодушный двойник, поселившийся в моей голове. “Нельзя, не стоит, не рискуй”- говорил этот цензор. В результате получилась невыразительная, безвкусная, слабая картина, за которую мне очень стыдно. Вот такое черное пятно было в моей жизни.

Но потом я снял фильмы, получившие признания и возродившие меня, как художника.

 

Ваша творческая биография сумела вместить в себя не только режиссерскую профессию, в Эстонии вы один из самых известных актеров.

 

Воскресил меня, как актера спустя тридцать лет, пригласив работать в свой театр, Эйно Баскин. Надеюсь, что не только я получил удовольствие от работы на сцене. Зрители и критики высоко оценили мой труд и присудили в 1993 году главную премию за лучшую  роль.

 

 

Что же больше приносит удовлетворение, снимать кино или играть на сцене?

 

 

Не могу я положить на чашу весов эти две разные профессии, в каждой из них своя атмосфера, скорее всего они дополняют друг друга.

Но у меня теперь есть еще и телевидение, я снимаюсь в самом длинном эстонском телесериале “Ынне -13” и это тоже нечто иное, чем театр и кино.

 

Как вы думаете почему эстонский театр в отличии от кино стоял в авангарде многих театров бывшего Союза да и теперь известен далеко за пределами страны ?

 

Вопрос не простой, но если говорить коротко, то у эстонского театра длинная история и богатейшие традиции в то время, как кино совсем молодое икусство, начинали то мы только где-то в 60 -годы. А сейчас современный кинематограф требует огромных средств и вложений, на одном энтузиазме далеко не уедешь какая бы свобода творчества не была.

 

Глядя на вас, вижу, что совсем вам не нравится роль заслуженного тихого пенсионера отдыхающего в кругу семьи.

 

Ой, это самая дурацкая роль за все мои годы. Я очень болезнено отнушусь к наличию свободного времени и называю это простоем, заимствуя слово из актерской терминологии. Мне нужно быть занятым, чтобы голова постоянно трудилась. И когда мне предложили баллотироваться  депутатом в эстонский парламент, я согласился и несколько созывов с удовольствием  работал, отдавая свое знание и жизненный опыт. Иной раз, сидя в зале, правда, ловил себя на мысли, что нахожусь в своеобразном театре, где каждый играет определенную роль и спрашивал себя: “А какую роль ты играешь, Калью, положительную или негативную в этом спектакле ?” Хотелось бы думать, что она была созидательной...

 

 

Какое отношение у вас к молодежи? Чувствуете себя патриархом, умудренным опытом?  Есть досада и сожаление, что ваше поколение было не свободно и многое из задуманного не осуществилось?

 

 

Патриарх...к сожалению вокруг меня все меньше знакомых лиц, друзей, коллег моего поколения, годы ставят на этот пьедестал, но я этого совсем не хочу. Время, в котором я жил было действительно сложным и не только для творческой личности. Я сожалею, что многие мои коллеги не увидели сегодняшней Эстонии, нам было бы о чем поразмышлять, поспорить, помечтать... Что касается молодежи, то я с ней тесно контактирую в лице моей замечательной внучки, поэтессы Эло Вийдинг. Скажу вам откровенно, это большое удовольствие  общаться с талантливым молодым  человеком, интересно и своеобразно видящим мир. Так что самое заветное осуществилось!